Currently viewing the tag: "дикие люди"

Удивительно, но многие личности, мнящие себя прогрессивно мыслящими категориями XXI века во многих обстоятельствах мыслить способны лишь категориями века XIX, а век XX, вместе со всеми его прелестями и недостатками, как будто бы прошел мимо них. Более того — они берутся бороться с тем, чего решительно не понимают, с тридцатым пересказом бабушкиных сказок. Именно для таких людей я подготовил краткий пересказ ошибок и заблуждений в области авторского права.

Вопросы авторского права и лицензирования контента в некотором счете больная тема, особенно сейчас, с введением в действие нового пакета законодательных актов, регулирующих эту сферу. С ними разбираются отдельные, более компетентные люди. Я же расскажу о вещах простых, даже во многом банальных, но небезынтересных, потому что для меня было, например, крайне удивительно, какие пласты законов вздымает простая покупка хлеба в магазине.

Поэтому я вкратце опишу заблуждения (без приписывания их тем или иным личностям, чтобы не заниматься «борьбой с тенью») и поясню, как обстоят дела на мой взгляд. А вы можете меня поправлять — я все-таки не самый большой специалист в области юрисприденции.

Для первичного ознакомления с тем, что я считаю по этому поводу — вполне подойдут три моих предыдущих заметки на эту тему. Информация — не товар, лицензирование — не покупка и цифровой коммунизм — не панацея.

Поговорим вначале об обычных, нецифровых неинформационных вещах. Там тоже много нетривиального.

Заблуждение первое. Купив товар, я могу делать с ним все, что захочу.

На самом деле, купив товар, вы можете с ним делать все то, что вам разрешает законодательство, либо то, что законодательством не регулируется. В остальном же положение вещей получается довольно разнообразно.

Представьте себе, что мы купили в магазине сыр. Сыр можно съесть, а можно поделиться с другом — друг, думаю, будет в восторге, если у него, конечно, нет аллергии на сыр.

А теперь представьте себе, что мы купили в аптеке циклодол. Циклодол, между прочим, состоит в лекарственном списке А и отпускается сугубо по номерным рецептам. Можно его съесть самому? Да, именно для этого его вам и выписали. А вот поделиться с другом уже  не выйдет — вполне можно попасть под статью за распространение. И это при том, что лекарство довольно безобидное, хотя на нем и можно словить пару несерьезных глюков.

Купив машину, я не приобретаю права парковать ее везде, где захочу (чего, кстати, тоже многие не понимают) и за нарушение правил ПДД (моя машина, как хочу, так и езжу!) можно словить вполне неиллюзорный штраф, а если бросить автомобиль гнить под окном — можно готовиться к тому, что через некоторое время тебе придет счет за утилизацию.

Покупка телевизора (по крайней мере так было со старыми телевизорами на основе ЭЛТ, с ЛСД не знаю) налагает на меня определенные обязательства по его утилизации — его нельзя просто так выбросить в помойку, ибо окружающей среде от разбившегося кинескопа будет в разы хуже, чем от десятка градусников. Лампы дневного света тоже должны утилизироваться особым образом, не смотря на то, что они мои и что я с ними хочу — то и делаю. И этого, кстати, тоже многие не понимают — достаточно пройти иной раз мимо мусорного бака.

Покупка ноутбука не дает мне права  смотреть на нем детскую порнографию (хотя, казалось бы, мой ноутбук).

Как видим, для очень многих классов товаров применяется специальное регулирование их жизненного цикла. То есть «что хочу, то и делаю» — это если и существует в действительности, то для крайне узкой группы товаров.

Если мы посмотрим конкретные вещи, на которых упирают борцы с ветряными мельницами, то увидим следующее:

  1. Дарение или временное уступление прав (любимое всеми «поделиться с другом» по факту является именно этим) — запрещено для некоторых групп товаров, для некоторых применяется специальное регулирование. Например, уже приведенный случай с лекарственными препаратами, там стоит строгий запрет. В случае с автомобилями запрет нестрогий, но применяется специальное регулирование — я не могу просто дать другу машину и сказать «катайся сколько хочешь» — я должен выписать доверенность (хрен с ней, на 5 минут делов) и вписать его в страховку (что сложнее).
  2. Перепродажа — аналогично, запрещена для некоторых групп товаров, для некоторых применяется специальное регулирование. С перепродажей лекарств, думаю, все ясно. Причем, даже перепродажа безрецептурных лекарств, если мне  не изменяет память, дает шанс нарваться на конкретный штраф, а уж за списки Б и А можно даже присесть, особенно если «в особо крупном размере». А перепродажа квартиры, например, занятие крайне нетривиальное в том случае, если у вас есть малолетние дети, прописанные в ней — поищите в интернете, если интересно, там крайне нетривиальный порядок, усложняющий жизнь и продавцу, и покупателю.
  3. Возврат — крайне специфическая категория, в первую очередь из-за того, что вернуть, вообще говоря, можно сравнительно мало что и при сложном наборе условий. В законодательстве даже есть целый список вещей, которые возврату и обмену не подлежат при условии их надлежащего качества (про качество, кстати, впоследствии поговорим отдельно). В их числе — лекарственные препараты (родимые!), нижнее белье и сложная бытовая и компьютерная техника. Конечно, существуют ритейлеры, которые выставляют специфические условия возврата — более мягкие, чем прописанные в законодательстве (это их право), за что им огромное спасибо. С другой стороны, я бы сторонился ритейлера, который берет обратно таблетки или трусы. Второе негигиенично, а первое еще и крайне опасно для здоровья.
  4. Хранение и транспортировка. Конечно, никакой закон не обяжет нас хранить в холодильнике лекарства, которые того требуют, но закон обязывает нас хранить, например, легально приобретенное оружие в специально оборудованном сейфе и транспортировать в разобранном состоянии, в чехле и без патронов. С транспортировкой обычных кухонных ножей тоже возникают небольшие сложности, которые впрочем решаются довольно быстро, если у вас есть сертификат, который показывает, что ваш нож не является холодным оружием.

Более того — даже с покупкой многих вещей существуют определенные трудности. Начиная с того, что покупка невозможна лицом до 14 лет (а до 18 лет человек имеет право на совершение только мелких бытовых сделок), и заканчивая тем, что вы, например, можете приобрести автомобиль в собственность, но наличие автомобиля не дает вам автоматического права водить его, для этого нужно пройти специальное обучение и получить права. Покупка лекарств и оружия  даже  не обсуждается — здесь, думаю, всем все очевидно.

Как видим, здесь все достаточно нетривиально и список «все, что захочу» сказочно редеет, когда мы не ограничиваемся в нашем «захочу» простейшими комбинациями, вроде сделать бутерброд.

Теперь переходим в более интересную стезю — на стык информационного и реального.

Заблуждение второе. Покупая книгу (игру, фильм) я приобретают товар.

Я уже писал об этом, но повторюсь. Приобретая объект, несущий свойства физического  и информационного мира, вы получаете крайне интересную сущность, которая регулируется двумя группами законов. Книга как физический объект ничем не отличается от любого другого физического объекта, но как сущность информационная — фактически она не покупается, а лицензируется, просто это настолько скрыто от потребителя, что в реальной жизни совершенно неочевидно. Чуть более очевидно это для фильмов и музыки (там обычно на диске пишут, что права человека здесь несколько попираются и «все что угодно» с диском сделать уже нельзя) и совсем очевидно — для приложений и игр, так как все они снабжены  лицензионным соглашением, который наглядно показывает, что вы можете, а что нет.

Поняв это, становится очевидно, почему правообладатели на самом деле не конкурируют с пиратами — они производят и продают совершенно разные вещи. Правообладатели лицензируют пользователю контент, а материальный носитель несет функцию помощника в осуществлении прав, пираты же продают диски, а на содержимое этих дисков ни они, ни покупатель не имеют решительно никакого права.

То есть правильно все это выглядит так. Приобретая книгу (игру, фильм) —я лицензирую у правообладателя контент на определенных условиях. Частично эти условия находятся в законодательстве, а частично могут находиться в EULA (то самое лицензионное соглашение). Поэтому все эти стоны на тему того, что «я не знал» не имеют никакого смысла, ибо незнание закона не освобождает от ответственности.

Заблуждение третье. Информационные посредники (правообладатели) не нужны.

Здесь один интересный момент, связанный с понятием «нужность» вообще. Кому, спрашивается «не нужны»? Потребителю. Вполне возможно. Потребитель от наличия в цепочке перекупщиков вообще только страдает — потому что каждый перекупщик накручивает цену, в которую он закладывает все прямые расходы и собственную маржу. Это с одной стороны. С другой стороны, без перекупщиков и распространителей, множество прекрасных вещей бы просто до нас не дошло, и мы бы пользовались телевизорами «Рубин», холодильниками «Бирюса»  и стиральными машинами «Малышка». То есть для материальных вещей польза перекупщиков, в принципе, довольно очевидна, и потребитель согласен смириться с ростом цены в обмен на комфорт в приобретении (хотя сейчас потребитель жадный пошел и все тянет по дешевке с ебея).

В случае же с информационным контентом польза распространителя не очевидна, потому что контент с легкостью распространяется по сети, благодаря сообществам любителей такого распространения (см. торренты и флибусты). То есть для распространения посредник уже вроде как не нужен. А для чего нужен?

Сейчас основная функция посредника — это страхование рисков автора. То есть именитый писатель, придя в издательство с новой книжкой, уже точно понимает, на какой гонорар он может рассчитывать, вне зависимости от продаж. И автору этому совершенно не интересно заводить интернет-кошелек и ревностно следить, когда очередной сетевой благодеятель поспешит осчастливить его своими пятью рублями, в которые он оценил его новую нетленку. Автору совершенно не  интересно платить «входные», чтобы его книгу поставили на полку в новый магазин. Автору не интересно договариваться с типографией и следить за качеством отпечатанных иллюстраций. Ему совершенно пофиг на веб-сайты, на форматы электронных книг, на системы платежей и миллион других вещей, которыми он будет вынужден заниматься при самостоятельном распространении собственных произведений. И если в случае с книгами все еще относительно просто, то для фильмов наступает полный швах, потому что в фильме автор уже не  один — там целый сном авторов, каждый из которых обладает собственными правами.

Почему нужны посредники? Потому что они нужны авторам. Авторы идут к ним, невзирая на то, что на дворе XXI век и они все должны умереть, на то, что пользователи воют от того, как правообладатели на них наживаются, несмотря вообще ни на что. Они идут за живыми деньгами и за гарантиями того, что их труд будет оценен по достоинству.

 

Под конец расскажу о  собственном опыте общения с авторами на предмет издательств. Коснемся конкретно трех людей — Ольги Громыко, Сергея Лукьяненко и Олега Дивова.

Все трое из них неоднократно писали о том, почему они не идут на свободное распространение произведений. Громыко заявляла о том, что ей приходят «копейки с либрусека», и если все интернет-пользователи такие честные и богатые, то ей проще устроиться в офис — денег будет больше, а книг, соответственно, меньше. Лукьяненко в этом плане — известный копираст, и считает, что столько, сколько дают ему издательства, ни один интернет ему не заплатит, да и заниматься защитой его интеллектуальной собственности должен специально обученный орган. Мнение Дивова примерно аналогично.

 

Вообще, на удивление, здесь вовсе не вымирающая деревня, а жизнь. Цивилизация. Все как в лучших домах Европы.

Во-первых, здесь невозможно купить пиво после десяти вечера. Несмотря на кустарность реализации (в Москве в супермаркетах блокировка стоит на уровне касс, а здесь, за неимением лучшего — на уровне продавцов) это работает — пиво купить действительно нельзя. Даже если очень попросишь. Даже отдыхающим из Москвы. Даже за большие деньги. Продавцы боятся проверок, боятся дикого штрафа — а он обязательно будет, потому что городок маленький и все сразу узнают.

Во-вторых, если ты рожей не вышел, без паспорта тебе не продадут ни алкоголь, ни сигареты. Да и даже если вышел рожей — все равно,  ведь лучше перебдеть, чем недобдеть. Мне  в мои двадцать шесть уже приходилось позорно идти за документом.

В-третьих, здесь комендантский час — детям после десяти запрещено показываться на улице без сопровождения родителей. Менты шуруют. Найдут — привод в детскую комнату милиции и составление административного протокола. Чем грозит — не знаю, но люди стараются не нарываться.

В-четвертых, здесь запрещено появляться пьяным на дискотеках. Менты бдят. Что делать на дискотеке трезвым — я, честно говоря, не очень понимаю, но факт остается фактом.

В общем, проклятое тоталитарное государство оградило детей от всех возможных развлечений. Остались только компьютерные игры. Дотянулся проклятый Путин.

Зато здесь работает 3G. По крайней мере, у Билайна и Мегафона. Насчет МТС  не знаю, хотя продавец в Связном (который построили на месте Евросети с некомпетентными продавцами) утверждал, что он через модем МТС смотрит фильмы в HD, но я ему не поверил. Может быть, зря.

По утверждением местных, работы  здесь нет. Не удивительно, что все, чудом обредшие ее, держатся из последних сил. Вежливые, здороваются, общаются на вы. Хамоватые деревенские тетки ушли в прошлое, ура европеизации. Вот что голодуха с людьми делает.

Зато множество магазинов. Одних сотовых здесь штуки три, а аптек только в центре наверное с десяток. Компьютерный магазин с ценами, которые заставляют волосы на моей голове выцветать со скоростью света. Мебель, пластиковые окна, юридическая контора — все, как у людей.

Цены на недвижимость аховые. Квартира в одной из трех пятиитажек в центре (их пять на весь город) — 2,5 миллиона. И это в городе без работы. Зато с кучей магазинов. Есть деньги — налетай, выбирай. Природа, огрод, все свое — лучший выбор для залетного фрилансера, у которого случайно завалилось четыре миллиона (потому что кроме квартиры надо делать в ней горячую воду, ибо централизованной нет, и отопление, потому что панельный дом холодный, а батареи зимой не греют).

В общем, живут же люди. Живут, как могут.

Если кто еще не знает — я время от времени поигрываю в Starcraft II и даже прочно окопался в топе серебрянной лиги. То есть я как бы дно, но уже немного тащу против днища бронзы.

Время от времени попадаются очень смешные матчи. Например, вот этот (по ссылке доступен реплей), где против меня терран открывался в Ghost Academy. В пять Ghost Academy.

В голове у людей насрано.

Вот самый лучший в мире ядовито-зеленый банк. (Самый лучший — это не категория обслуживания, а оценка ядовитости зеленого цвета, если что.) Решил позаботиться о людях и вывесить объявление о том, как работают отделения.

Конечно же самый лучший в мире ядовито-зеленый банк мог сделать это только одним способом — самым лучшим. Сегодня самый лучший способ выглядит так:

Вот такую радость предлагается разглядывать

Вот такую радость предлагается разглядывать

Что плохого в этом объявлении? Самый лучший в мире ядовито-зеленый банк в этот раз превзошел сам себя — в нем плохо абсолютно все. Вплоть до самого лучшего в мире ядовито-зеленого цвета (там его нет).

Во-первых, на нем нигде не написано время работы конкретно этого отделения. В нем тонна информации по всем отделениям Москвы (округа, района), но нет ничего, что могло бы помочь мне понять, можно ли прийти сюда завтра в 3 или нет.

Во-вторых, на самом отделении нигде не написан ни его номер, ни название. То есть мне предлагается идентифицировать отделение, не зная никаких идентификационных признаков.

В-третьих, я не понимаю — зачем мне все отделения. Я пришел в конкретное, на кой черт мне вся эта информация?

Ну и, наконец, шрифт. Даже я с трудом читаю его.

Ладно, я сфотографировал объявление, надеясь прочитать его дома. С помощью формы сайта я нашел, что название моего отделения — Доп.офис №9038/01262* (звездочка в конце — это не баг, это так и есть). Вопрос — по какому номеру его искать? 9038? 01262? Откуда я вообще должен узнать эти цифры?

Даю Сбербанку совет, который какой-нибудь пришлый специалист по связям с общественностью легко оценит в миллион долларов. Бесплатный постер вида «как надо было сделать». Внимание, сейчас будет медскиллз!

Как надо было сделать плакат

Как надо было сделать плакат

Даже если сверху спустили указание повесить это зеленое уродство — что мешает повесить рядом небольшую бумажку с расшифровкой? Сделать жизнь людей чуть легче? Как можно, это же самый лучший в мире ядовито-зеленый банк.

Видимо, только боги могут с ним нормально работать. У них впереди вечность.

Удивительно, но некоторые люди совершенно не понимают, каким образом можно желать ближнему добра. И не просто желать, а деятельно помогать ему выбраться из той клоаки, в которую он героически вступил.

Люди ищут мотивацию в ублажении эго. Не важно, на каком уровне оно будет проявляться — на уровне двойственности твоих действий (помогая другому, получаешь в несколько раз больше для себя) или на уровне мотивации (помогаешь другим — ублажаешь свое «я» мыслью о том, какой ты хороший). В любом случае трактовка твоих действий будет однозначной в зависимости от принятой легенды — ты делаешь это в первую очередь для себя, и лишь во вторую — во имя Высоких Идеалов. Более того — найдя таковую мотивацию, они углубляются в нее и трактуют уже все подобные действия как исключительно эгоцентричные.

Такое ощущение, что в некоторых совершенно не осталось никакого добра. Иначе как можно свести ко злу любой поступок.

Совершающие добро себе в ущерб трактуются ими как душевно больные. Вроде как жизни не понял и не знаешь, что надо делать, а чего нет. А надо — себе, себе, да побольше, побольше.

С другом стороны, такая трактовка позволяет определить собственную мотивацию персонажей. И понять, когда их добро в твою сторону может обернуться огромными проблемами. Именно потому, что собственные мысли они проецируют на других.

 

Как произошло включение Другого в лигу святых? Очень просто. Он стал всем говорить, что это против него нашисты так нападают, используют сумасшедшую жену в качестве артиллерии. И произнес главное магическое заклинание оппозиции, после которого волшебство включается немедленно и гарантирует защиту до конца: “Анатомия протеста!”. Он сказал, что ему сказали, что якобы к жене поехала съемочная бригада “Анатомии протеста”. Все. Теперь он в домике.

Никто даже не подумал уточнить – а что, Другой такой охуенный борец с режимом, что ли? Кого-то ебет его мнение? Кто-то считает его совестью нации? Писать про кошечек и собачек много мозгов не нужно. И у него в ЖЖ нет ни одной темы, которая не обсуждалась бы на “Эхе Москвы”, например. Он не ньюсмейкер, не генератор, не фигура, он просто копипастер с новостной ленты “Рейтера”.

Я, кстати, никогда не понимал, кто же такой «топовый блогер». Вот и Тема не понимает.

На фото Леннон заваривает чай на кухне у Маккартни.

В связи с ситуацией с Ольгой «Блядь» Романовой предлагаю узаконить как письменную норму:

  1. «Блядь» в значении «падшая женщина»;
  2. «Блять», выступающий в роли связующего артикля.

В этом случае какие-либо проблемы, связанные с обособлением артикля и путаницы его с определением исключаются.

Кстати, а отмазка про «оценочное суждение» уже не работает?

Слабоумие и отвага

Есть в нашем мире такие странные люди, которые нисколько не стесняются отсутствия мозга в своей голове, зато стесняются своей фамилии.

Именно таким выглядит дискуссия одного милого юноши со своей фанаткой.

Мальчик со странной фамилией «Рашап», нисколько не смущаясь, выкладывает на всеобщее обозрение свой диалог со своей поклонницей, которая, по его мнению, нарушила закон тем, что распечатала его фотографии, выложенные в открытый доступ, на принтере и повесила на стену.

Причем, он еще написал огромный пост на тему того, почему распечатка фотографий — это хуже, чем воровство телевизора.

У меня как раз есть смешной набор привычных тегов для того, чтобы охарактеризовать данного человека со всех сторон. В

Вам же предлагаю изучить данного субъекта с этимологической точки зрения. Просто с целью понимания того, насколько глубоко могут падать люди, у которых все извилины пересекаются под прямыми углами.

В этом мире, к сожалению, огромное количество людей постоянно пытаются защитить свое право быть полными мудаками.

Как-то раз я прикинул, я могу отвалить миллион за автомобиль. Я состоявшийся по самое не балуйся. Но на этот миллион я могу тысячу раз съездить на такси. Минимум тысячу раз. Я могу ездить на такси три года по два раза в день. Только по цене автомобиля. Три года. К тому моменту мне надо будет готовить уже следующий миллион, наверно. Если с автомобилем. Даже без бензина, страховки и прочих расходов — например, на лечение сломанных рук и ног, выбитых зубов и трещины в черепе.

Эврика, твою матерь! Я могу не париться о закрытом метро. Вообще. Две поездки в день на такси будут дешевле автомобиля. А я совсем даже не два раза в день не попадаю на общественный транспорт. Десять раз в месяц — это максимум. Десять раз против шестидесяти. Я могу ездить на такси восемнадцать лет.

Сказ о том, почему в Москве автомобиль не нужен.

PageLines