Теперь, когда 9 мая далеко позади, мы можем в очередной раз сесть в кружок и поговорить об одном из самых отвратительных явлений, сопутствующих этому празднику.

Само собой, не стоит бросаться в крайности и отрицать все, что связано с Победой. В конце концов, это, кажется, единственное, что нас еще объединяет. Возможно миф о Победе действительно являет собой то, что рождает российскую нацию, своего рода стержень, скрепляющий всех нас. В конце концов, у нас не так много поводов для гордости в последние 100 лет — Победа, Гагарин и, пожалуй, все1

При всей моей нелюбви к советской власти, мы обязаны ей многим. Все то, что мы сейчас называем «социальным государством»: пенсии, отпуска, больничные — все это во многом заслуга Советов. А точнее, угрозы мировой революции, исходившей от них. Тем удивительнее та фигура умолчания, в поле которой находятся вопросы революции 17 года и последующей советской власти.

С одной стороны, слишком могущественные фигуры находятся там. Настолько мощные, что современные смотрятся на их фоне, мягко говоря, блекло. Думаю, если составлять топ самых известных людей в мире по версии народов России, то Ленин и Сталин окажутся наверху недалеко от Христа2. Особенно, конечно, Сталин, который при всех сопутствующих проблемах, оказался все-таки, как это принято говорить, «эффективным менеджером», хотя и не в последнюю очередь потому, что особо не считался с «человеческим капиталом».

С другой стороны, при своей декларативной обращенности в сторону простого народа, рабочих и крестьян (диктатура пролетариата — то есть бывшие классовые низы по замыслу теперь управляют обществом, невзирая на протесты интеллигенции, аристократии, буржуазии и прочих «шибко умных и дофига богатых»), советская власть выродилась во что-то совершенно античеловеческое. Декларируемое всеобщее благоденствие на деле оказалось повальной нищетой, а равенство заканчивалось на пороге магазина «Березка» (см. чеки Внешпромторга).

В любом случае, даже в таком виде, государство, обескровленное Первой мировой, революцией и последующей гражданской войной, пережило взрывную индустриализацию и даже сумело выиграть войну. Да, ценой огромных жертв. Да, без помощи союзников, что бы там не утверждали квасные патриоты, было бы крайне тяжело3. Но результат достигнут и никто не может это отрицать.

Но проблема не в Победе как таковой, а в том мифе, который вокруг нее нарастает, свисая со всех сторон уродливыми струпьями. Мединский не так давно заявлял, что не важно, был ли подвиг 28 панфиловцев или нет, он не позволит никому порочить Миф. И Миф становится важнее истории. Важнее судеб. Миф вытесняет из коллективной памяти реальность — и вот уже с легкой руки президента бульдозеры давят санкционные продукты; поступок, если подумать, немыслимый для человека, который родился и вырос в Ленинграде.

Миф постоянно растет, подпитываемый то тут то там возводимыми уродливыми стеллами и памятниками безымянным героям войны. Ветеранов становится все меньше: время, к сожалению, не щадит никого. На их месте вырастают памятники — бездушные, отрешенные и лишенные всякой истории. По сути смысла в них не больше, чем в найденном на тротуаре магнитике с надписью Коста-Рика — вы можете повесить его на холодильник и рассказывать всем, что вы там были, но реальность от этого не изменится.

Миф создает симулякр — коллективную реальность, которой никогда не было. В ней героические солдаты с квадратными подбородками в чистых шинелях и с новенькими сверкающими ППШ входят на Т-34 в Берлин.

“Можем повторить”.

Обязательный атрибут праздника.

Что вы собрались повторять, скажите мне?

Конечно, современный Миф позволяет любому маргиналу из села Нижние Мячики чувствовать себя Солдатом на Отечественной войне. Ему каждый день по телевизору рассказывают, что Россия зажата в кольце врагов, все нас ненавидят и стремятся уничтожить, потому что мы великая нация и носители духовных скреп. И он, лежа в собственной блевоте на полу покосившегося дома, одним махом допивает последний глоток Боярки. В своем воображении он лежит в окопе под шквальным огнем «западных партнеров». Реальность, к сожалению, куда более прозаична.

Из-за утраты этой памяти и замены ее Мифом люди с трудом понимают, что именно они собираются повторить. Хотя прошло всего пара поколений с тех пор, когда в каждой семье был погибший или раненый на той войне, а зачастую и не один, люди забыли это. Забыли похоронки с фронта. Забыли о ночных сиренах, о покинутых городах, о голоде и лишениях. Забыли о тех страданиях, которые понесли воевавшие тогда наши предки.

Если у кого есть живые ветераны среди близких родственников — попробуйте подойти к ним и спросить, хотят ли они повторить то, что тогда пережили?

Миф уничтожает живую память, разъедает историю, оставляя только выхолощенные, обезличенные идеи. Поэтому праздник «со слезами на глазах», которым он был даже в хрущевские времена, превращается в очередной день ВДВ, где валяющиеся по углам синяки, перевязанные георгиевской ленточкой, должны, видимо, символизировать невероятную гордость за наш народ.


  1. Вопросы крымнаша я стыдливо обхожу стороной, так как моя позиция по этому вопросу, публично высказанная, может быть признана экстремистской, что в свете последних событий чревато и не добавляет гордости за страну 

  2. Обсуждать тот факт, был ли он реальным человеком, в свете последних событий также может быть чревато 

  3. Кажется, что эта точка зрения еще не признавалась экстремистской. Что ж, у меня есть возможность проверить на личном опыте 

Share →

Leave a Reply

Войти с помощью: 

Your email address will not be published. Required fields are marked *

PageLines