From the daily archives: "Thursday, November 5, 2015"

Перед нами аккаунт свежевылупившейся звезды Инстаграмма. Естественный макияж, кормящий команду стилистов из пяти человек, легкая небрежность в одежде, созданная лучшими имиджмейкерами, расслабленная, естественная поза — результат многих лет хореографических практик. На фото девочка только проснулась, но выглядит такой свежей и лучезарной: потребовалось сделать более двух сотен фото для достижения именно этого эффекта. Она утверждает, что счастлива, потому что хештеги #ChristianDior и #happy повышают продажи на 1,5% по мнению маркетологов именитого французского дома моды.

Завтра все изменится. Завтра подписи под фото станут иными. Разоблачающими. Раскрывающими подноготную бизнеса, построенного на эмоциях людей. Мы искренне будем сочувствовать девочке, которая устала от того, что ее жизнь не имеет никакого отношения к тому образу, который она создает, потому что на секунду нам покажется, что мы видим ее настоящей. Живой. Со всеми проблемами, недостатками, ошибками, как у нас самих. Эта волна ударит нас в самое сердце и мы на секундочку даже забудем о том, что она уже много раз кричала „Волки!“ тогда, когда никаких волков не было.

Мы на секундочку забудем о том, что отказ от общепризнанных паттернов, протест против Системы является такой же частью Системы, как и все остальное. Что показная искренность неплохо продается за твердую валюту. Куда лучше, чем опостылевшие всем идеальные фоточки идеальной жизни, заставляющие нас чувствовать себя пылью на подошве стильной босоножки и трогательным ножичком пытать свою плоть.

Аскеты нового поколения. Изнеможденные йоги с живыми, горящими глазами, способные завязывать члены узлом. Они тоже утверждают, что счастливы, но мы не можем знать, искренне ли. Возможно это результат недоедания, последняя галлюцинация перед забвением, милостливо даруемая умирающим мозгом.

Но если им действительно ничего не нужно, почему они берут деньги за свою Истину?

Свет ослепляет не хуже тьмы. Миллион горящих маяков ничем не лучше их отсутствия.  И даже если ты чудом достигнешь одного из них,  поднимешься на самый верх к рокочущему пламени и коснешься его обледенелыми пальцами, то все равно обречен на страдания.

А вдруг иные маяки лучше?

А вдруг под тем, соседним, который всего в нескольких минутах пути отсюда, карнавал. Счастливые лица, вкусная еда, беззаботность и праздность. Ты представляешь эту картину и внутри все начинает клокотать. Пятьдесят ступеней, сто, двести, открытая дверь — и ледяной буран, за стеною которого не видно ничего, кроме робких огоньков. Отправиться ли в новый путь? Сомнения начинают грызть, словно древоточцы подгнившую доску. А вроде и здесь неплохо. Вдруг иные огни иллюзорные?

Холодные.

А если холодные все, и ты обречен метаться от одного маяка к другому, не находя покоя? Всякий раз оставлять за спиной десятки лет жизни, отправляясь в новое, самоубийственное путешествие только для того, чтобы осознать, что снова пришел не туда.

А за спиной остается распятый бог, нависает над вами своим израненным телом. Он не обещает вас счастья, он говорит лишь о том, что ваши страдания будут не так велики, как могли бы быть, если вы примете его всем сердцем. Он погасит все остальные маяки, оставив лишь один, самый дальний, дорога к которому лежит через многие сотни миль ледяных пустошей. Его тусклый свет еле-еле пробивается через бесконечную бурю, но по крайней мере он один.

Но вы по-прежнему не знаете, так же ли холоден его свет, как и у всех остальных.

Но когда другие люди приходят, чтобы свалить нависающий над миром крест, вы прогоняете их. Потому что только он способен погасить иные маяки. Да, возможно, среди тех, что он гасит есть настоящий, пламя которого способно отогреть замерзшую плоть. Но нет никакой надежды его найти среди мириадов других.

И вы меняете иллюзорное счастье на реальную определенность.

Это так легко — закрыть глаза и считать, что реальности не существует. К сожалению, реальность — единственное, во что мы верим настолько сильно, что просто не можем игнорировать ее.

PageLines