Вопросы сознания давно занимают умы лучших (и худших) людей этого мира. И до сих пор дело не сдвинулось с мертвой точки — даже однозначного определения сознания, увы, не существует, не говоря уже о том, чтобы понять, каким образом оно функционирует и как определить факт его наличия или отсутствия.

Докинз рассматривает человеческий мозг как универсальный построитель математических моделей реальности. В главе 4 он пишет:

Эволюция способности к моделированию, очевидно, привела в конечном итоге к субъективному осознанию. Почему это должно было произойти, представляется мне глубочайшей тайной, стоящей перед современной биологией. Нет оснований полагать, что электронные компьютеры действуют осознанно, когда они что-нибудь моделируют, хотя нам приходится допускать, что в будущем они, возможно, будут сознавать свои действия. Быть может, осознание возникает тогда, когда модель мира, создаваемая мозгом, достигает такой полноты, что ему приходится включать в неё модель самого себя.

По глубине мысли данный пассаж примерно аналогичен доказательствам бытия Б-га Фомы Аквинского. И столь же полезен.

Самый простой способ построить определение сознания — это начать с характеристических определяющих признаков, которые способны выделить феномен сознания среди всех остальных не-сознаний. К сожалению, процесс радикально усложняется тем фактом, что наличие сознания мы способны достоверно обнаружить только у себя самого1, а, следовательно, выводить понятие сознания придется, задействуя способность человека к рефлексии.

Среди основопологающих особенностей человеческого2 сознания можно (и нужно) выделить самое главное его свойство — это противопоставление собственного «я» некоторому «не-я», в роли которого воспринимается «все остальное». Первая трудность, которая нас здесь подстерегает — это размытость границ этого «всего остального» — для некоторых людей даже их собственное тело воспринимается как нечто чуждое, а для других совершенно естественно воспринимать окружающий мир как некоторое продолжение самого себя. Однако, в любом случае граница существует — она может быть четкая или расплывчатая, большая или маленькая, но она есть.

Противопоставление «я» и «не-я» рождает деление всех процессов восприятия на внутренние и внешние. Внутренними называются те процессы, которые происходят в области, принадлежащей «я», а внешними — в области «не-я». При этом процессы относительно изолированы — внешние процессы могут не иметь никакого влияния на внутренние3, а внутренние — не проецироваться во вне4.

Однако, сознание само по себе непостижимо в отрыве от некоторой сущности, которую можно условно назвать субъектом сознания. Субъект сознания — это сущность, которая воспринимает себя как наделенную сознанием. Субъект сознания, таким образом, становится областью «я» сознания, отделяя себя от окружающего «не-я».

Проблемы с этими выкладками в первую очередь в том, что мы отделяем сознание от его субъекта, в то время как сам субъект воспринимает их идентичными. Кроме того, отделяя сознание от субъекта, мы, возможно, допускаем огромную ошибку, поскольку нет никаких гарантий, что сознание способно существовать отдельно от субъекта.

Кроме того, фактически, при такой трактовке для феномена сознания необходимы три составляющие — само сознание как функция, отделяющая «я» от «не-я», субъект сознания, который обладает восприятием5, и некий «наблюдатель», который утверждает двойственную идентичность первого и второго.

Таким образом, мы можем подойти к разделению всех живых существ на обладающие сознанием и не обладающих таковыми. Для этого нам следует принять, что все живые существа обладают восприятием6, однако не все обладают сознанием.

Функция сознания, судя по всему, заложена в законах мироздания, которые существуют вокруг нас. В противном случае говорить о феномене сознания было бы бессмысленно, так как он был бы недопустим в рамках нашего мира. Таким образом, две составляющие из трех у нас существуют для всех известных и неизвестных живых существ.

А далее, получается, что для обретения сознания живое существо должно создать в собственном разуме некого наблюдателя, который бы спроецировал функцию сознания на процесс восприятия.

Здесь мы как раз подходим к идее Докинза. Живое существо в процессе жизни непрерывно корректирует ту модель окружающей действительности, что строится в ее нервных сетях. Чем проще нервная сеть — тем проще модель. Реакции и действия для окружающего мира выводятся соответственно тем моделям и заложенным в них реакциям и действиям. В один прекрасный момент в этой модели появляется место под названием «я», которое и становится наблюдателем, утверждающим идентичность построенной модели с данным рефлексивным отношением.

Это и есть момент появления сознания.

Жаль только, что все это ни на йоту не помогает нам приблизиться к пониманию того, что же такое сознание на самом деле.


1.У всех остальных, даже самых близких, мы способны лишь догадываться о его наличии, поскольку предполагаем их подобными самим себе.

2.В данном случае это важно, поскольку мы не можем ничего сказать о других типах сознаний, которые, потенциально, могут обладать сходными свойствами, но иметь несколько другую природу и особенности

3.Это называется игнорированием реальности

4.А это называется фантазированием

5.То есть способен к постижению окружающей действительности через органы чувств

5.Без него невозможно никакое позитивное взаимодействие с окружающей действительностью

Share →

Leave a Reply

Войти с помощью: 

Your email address will not be published. Required fields are marked *

PageLines