Может ли человек в принципе доверять безликой государственной машине? Или он должен все время ждать от нее какой-то подставы, должен постоянно бороться с ней, заставлять ее выполнять свои требования, обращать на свое существование внимание? Как вообще должны быть построены отношения человека и государства?

Различные политические круги дают на этот вопрос разные ответы. Для социалистов и коммунистов государство олицетворяет патерналистический архетип, играя роль мудрого главы семейства, который лучше знает, что кому нужно. Петя взял две игрушки, отобрав одну из них у Вовы? Дать Пете ремня, вернуть игрушку обратно. Потому что все должно быть по справедливости, а единственная форма справедливости, которая нам доступна после признания всех людей равными от рождения – это та самая уравниловка.

Для либералов государство – это непреложный закон. Это некий бездушный механизм, задающий однозначные и понятные правила игры. Люди разберутся – мы всю свою жизнь играем в игры разной степени сложности и с легкостью адаптируемся к любым правилам, но только при одном условии – если эти правила неизменны. Только при наличие правил возможно планирование собственной жизни, а значит – перспективное развитие. Однако, правила зачастую слишком однобоки, нередко создают неустойчивые равновесия, и как результат – однажды отклонившись от центра ты будешь либо вечно расти, либо вечно падать, в зависимости от того, на какую сторону упадет монетка.

И спор между левыми и правыми по сути имеет гораздо более глубокие корни. Это не просто столкновение дискурсов, а древняя как мир проблема – существует ли Б-г? А если и существует, то в какой форме – как личность, или только как форма реализации Закона?

Конечно, я совершенно согласен с тезисом, что, увы, но большинство наших (и не только – практически в любой стране мира дело обстоит именно так) сограждан не способны позаботиться о себе сами, в силу того, что совершенно не понимают, по каким законам существует этот мир и каким рискам подвергается каждый, кто в нем обитает. В результате, для среднестатистического обывателя социалистическая система, при правильной организации, естественно, представляет собой неописуемое благо, давая возможность не заботиться совершенно ни о чем – обо всем позаботится государство. Предоставит среднее образование, даст возможность получить специальность или квалификацию в востребованной отрасли, определит на работу, выделит время на отдых и даст возможности для саморазвития, позаботится в случае болезни или смерти, обеспечит жильем и товарами первой необходимости. В этом случае государство выступает как всеблагий Отец, радеющий за каждого из своих сыновей и дочерей ради высшей справедливости. Какой? Это вопросы идеологии.

Конечно, далеко не всех такой подход устраивает. Конечно, в любом обществе существует прослойка излишне инициативных людей, зуд которых не поддается удовлетворению стандартными средствами. И дело даже не в изначальном бунтарстве или юношеском максимализме, а в самой идее – “я буду это делать, потому что могу”. А если не могу? Тогда стоит найти, как смочь, благо что возможности всегда есть.

СССР не давал возможности таким людям реализовать себя, кроме как играя в “пауков в банке”. В итоге, конечно, они являли собой изначально деструктивный элемент в силу того, что в Системе не существовало для них места. Кто-то находил себя в творчестве, кто-то пытался пойти по карьерной лестнице в Партии, а остальные?

Современная Россия. Несмотря на то, что с момента переворота прошло всего 20 лет, работа исчезла из приоритетов подрастающего поколения. Работать не модно – модно “крутиться”, “искать возможности”. В результате, мир становится неуютным уже для тех, кто привык к спокойному, размеренному течению жизни. А это практически все, чье становление происходило при социализме.

Конечно же, такие люди будут за стабильность, даже если стабильность означает стагнацию. Дело не в том, что их все устраивает – дело в том, что они интуитивно пытаются вернуться в комфортную среду с понятными правилами, даже если они совершенно чудовищно несправедливы.

На Западе это понимают. При всей рыночности и демократичности тамошних систем, жизнь поддается планированию на любой срок. 10, 20, 30 – хоть 50 лет. Ты точно знаешь, когда выплатишь последний кредит за ипотеку и на какой должности уйдешь на пенсию.

Именно невозможность планирования – это признак того, что при всех этих разговорах про стабильность, система стабильной не является. Спросите у любого человека моложе 30 лет, чем он будет заниматься через 10 лет? Ответом вам будет затянувшееся молчание.

Мы боимся делать накопления, потому что накопления будут уничтожены инфляцией. Мы боимся брать ипотеку, потому что по результатам выплат переплата будет составлять 3 стоимости жилья, а размер выплат совершенно неподъемен для нормального человека. Мы боимся даже лишний раз проявить инициативу, потому что твердо уверены – инициатива трахает инициаторов.

Мы уже смирились с отсутствием Б-га, но до сих пор не увидели того Закона, по которому должны существовать. Нас вынуждают “крутиться” – постоянно приспосабливаться к чудовищно изменчивому окружению, живя в непрекращающемся стрессе.

И в результате – мы боимся не успеть. Мы боимся, что сможем сделать не все, что хотим, пока не почувствовали рядом холодное дыхание смерти. Нас даже не столько пугает сама смерть – она уже воспринимается как нечто неизбежное. Гораздо большая проблема – это невозможность понять, в каком состоянии окажется мир, когда мы его покинем?

Останутся ли после нас дети, которые не смогут о себе заботиться.

Останется ли после нас бизнес, который пойдет по ветру, а сотрудники будут вынуждены искать себе новую работу.

Останется ли после нас хоть какая-нибудь память, или хаос постоянных изменений сожрет ее и выплюнет по ту сторону небытия.

Мы потеряли своего Б-га, но не нашли никакого Закона, который мог бы помочь найти ответы на эти вопросы.

Увы.

Share →

Leave a Reply

Войти с помощью: 

Your email address will not be published. Required fields are marked *

PageLines