From the monthly archives: "November 2011"

Самое сильное впечатление – это, конечно же, темнота. Мы в городе никогда не встречаемся с ней. Мы всегда освещены – солнцем ли, лампами дневного света ли, уличной иллюминацией ли. Даже запершись в темном шкафу, мы понимаем, что свет – вот он, стоит только протянуть руку.

Мы, жители Большого Города, никогда не встречаемся с той первобытной темнотой, разогнать которую ничто не в силах.

Стоит лишь зайти за угол, лишиться последнего убежища в виде узкого конуса внешней лампы, одиноко висящей над входной дверью, и – вот она. Истинная Темнота. Экзистенциальные страхи вылезают из самых потаенных уголков подсознания, ты инстинктивно хватаешься за фонарь, включаешь его – и удивляешься его яркости. В Большом Городе он освещал несколько ближайших метров – здесь, в царстве Тьмы он отвоевывает километры. Ты в шаре света, ты защищен, но вслед за светом приходит осознание того, что Тьма не побеждена – она лишь выжидающе отступила, и рано или поздно она все равно возьмет свое.

Ты озираешься вокруг и видишь, что за пределами шара света мира не существует. Мир схлопывается до небольшой сферы, за пределами которой – ничто. Там живут ужасные монстры, представить которых может только человеческое воображение, и стоит только погаснуть фонарю – конец, набросятся и разорвут на части.

Темнота выжидает. Время на ее стороне – время всегда играет против человека, ведь именно человек подчинил себе Время, заставив свободную сущность пересыпаться из одной стеклянной полости в другую, перетекать между сосудами и бесконечно крутиться в механистически-размеренном ходе часов. Время затаило обиду и постоянно мстит, но месть ее страшна. Страшна тем, что незрима, но неотвратима, и через десятки лет мы видим в собственных морщинистых руках ее результаты.

В Большом Городе Свет – хозяин. Тьма робким гостем каждый вечер спускается, входит в его дом, в нерешительности застывая на пороге.

Здесь все иначе. Здесь Тьма в своих правах, и все, кто посягает на ее территорию рано или поздно исчезнут, растворившись в небытие.

Поездки я боялся. Не так, как боятся укуса собаки, а скорее как похода к врачу. Страх не был рационален – он был вызван опасениями осуществления тайных опасений. Зная о ситуации в провинции, я страшился найти в Карабулаке труп собственного детства, уже изрядно подгнивший и кишащий могильными червями. Труп, брошенный без погребения – пусть мертвые сами хоронят своих мертвецов, и без них проблем по горло.

Однако, по приезде, я понял, что мои ощущения говорят мне совершенно о другом.

Если раньше, приезжая сюда на лето, я каждый раз ощущал, что поселок остался тем же но видел, что он изменился (и как он изменился) то сейчас ощущения мои были прямо противоположны. На сей раз, Карабулак остался тем же – но только внешне. Конечно, статую Ленина на центральной площади убрали, разместив там доску почета, магазины у очередной раз сменили хозяев, и для меня маленького это были бы разительные перемены. Но я нынешний не воспринимал их как перемены вовсе – это была часть естественного процесса, это было ожидаемо.

Но в душе я чувствовал – он изменился.

Нет, я не нашел трупа своего детства. Труп, если и остался тут, был закопан в братской могиле среди сотен и тысяч других, подобных ему, путь к которой навечно забыт. Хронотоп – разрушен, уступил место вечному городу, где не было ничего моего. Ничего того, с чем я как-либо связывал свою жизнь.

Я боялся испугаться, но нашел лишь печаль.

Такое ощущение, что существует два Карабулака – светлый, живой, представший моему взору, и темный, мертвый и холодный, скрытый где-то на другой стороне мира, в котором и покоится труп моего детства.

Эхей, костлявая, не скучай, у тебя каждый день гости!

Сейчас поселок жив. Жизнь бурлит в нем, срывая крышку котла давлением пара.

Но мое место в нем заросло травой.

Заяц – откровенный сексуальный объект. Он – «комсомолка, спортсменка и просто красавица» – кокетливо вскрикивает женским голосом, заманчиво убегает, надевает рыжие парики, платья. Он даже может быть надувным – как продукт секс-шопа (сцена на пляже, когда Свинья в лифчиках надувает зайца-игрушку).

Заяц – мальчик-подросток, а возможно, и лилипут, то есть вечный мальчик с несколько ослабленным выражением пола. В паре с Волком Заяц, безусловно, женская составляющая. Кстати, во время совместных танцев миниатюрный Заяц напоминает Джульетту Мазину из фильма «Джинджер и Фред». Дуэт «Волк и Заяц» – сексуальная клоунада, в которой роль незадачливого «рыжего пидораса» исполняет бедолага-Волк, а ускользающую «белую» педовку – Заяц.

Волк комичен своей гомосексуальной перверсией, выражающейся, в первую очередь, в одежде. Розовые рубашки с глубоким вырезом, костюм «морячка» – также известное гомосексуальное клише. События подчеркивают поврежденную мужскую суть Волка. Заяц, марширующий с барабаном и надувными шариками, Заяц в трусиках – сексуальные раздражители Волка. Шарики, трусики – символические детские аксессуары для педофила.

Отличная вещь, крайне смешная. Рекомендую.

Рассказали эмчеэсовскую историю про человека, который засыпал органы жалобами на то, что его облучают соседи сверху. Когда к нему пришли — все было как обычно в таких случаях — паранойя, экранированные потолки и стены…
Решили для порядка зайти к соседям. Не беспокоит ли он их? Первое, что увидели — шесть микроволновок, стоящих по периметру комнаты (открытой дверцей вниз). Соседи объяснили, что под ними живет пришелец, что им никто не верит и что будущее всей Земли зависит от того, насколько успешной будет их борьба с инопланетянином.

Встретились два одиночества.

Дам три цитаты.

Поддерживая игру, сотрудница фонда Ирен Пепперберг (Irene Pepperberg) задала бессмысленный вопрос. Алекс ответил «none». Дальнейшее исследование показало, что птица употребляет слово «none» в смысле «ноль», то есть для обозначения отсутствия какого-либо количества.

Большинство цыплят приучалось ждать, демонстрируя завидное самообладание. Такое поведение требует наличия специфических структур и в психике, и в «матчасти» мозга. Кто мог ожидать от кур, что они предпочтут терпеть голод ради увеличения вознаграждения в будущем?

Выше всего у самцов резусов котировались изображения ягодиц самок, а также фотографии иерархически вышестоящих самцов. Рассматривать изображение подчиненных самцов обезьян удавалось заставить только с помощью «доплаты» (тоже в виде сока).

Если вас интересует психология и нервная деятельность животных – то для вас статья целиком.

Вообще, Дмитрия Шабанова я всем очень рекомендую, пишет интересно и довольно просто, даже для не знатоков биологии.

И ещё один интересный момент из статьи. Психолог Дин Симонтон утверждает, что гениев отличает плодовитость в области идей: «Разница между Бахом и его забытыми современниками не обязательно связана с тем, что у Баха было лучше соотношение попаданий и промахов. Разница в том, что посредственность создает с десяток идей, а Бах за свою жизнь написал более тысячи полноценных музыкальных произведений». Гениям приходит в голову огромное количество идей, озарений, теорий, связей между явлениями — столько, что они неизбежно придумывают что-нибудь стоящее. «Качество, — пишет Симонтон, — это вероятностная функция количества». (Хотя философски подкованные собаководы удивятся необходимости привлекать здесь какого-то Симонтона, когда явно имеет место переход количества в качество).

Да, это снова статья про Стива Джобса. Увы, только на английском. Цитату я взял из аннотации бюро Горбунова.

Страшная штука – бурый медведь. Я его боюсь. Но и медведь боится меня, и может, убегая, даже обдристаться от страха – реакция, свидетельствующая о сильном нервном перевозбуждении, что на первый взгляд странно для такого могучего зверя. Какой-нибудь олень, убегая, тоже может сыпануть орешков, но, так сказать, в штатном режиме – он бы и так это сделал. Само бегство для оленя – реакция штатная, отработанная миллионами поколений предков: напугался, убежал, успокоился, давай дальше пастись. Было бы о чем говорить. Другое дело бурый медведь: до появления человека он был в своих краях не то чтобы верховным хищником, но достаточно сильной тварью, чтобы во взрослом состоянии никого не бояться. Опасаться – да, но реакция панического бегства от хищника была ему неведома: вероятно, ни одно из животных севера Евразии, способных в принципе одолеть бурого медведя – рычащие и саблезубые кошки, крупнейшие травоядные, другие медведи – не охотилось на него целенаправленно.

С появлением человека медведям срочно нужно было научиться пугаться – но они этого не знали. Посему “нормальные” бесстрашные медведи, першие на рожон, через некоторое время перевелись – странные двуногие создания в целом оказались сильнее – а уцелели только медведи-“неврастеники”, которым ты “Эгеге!”, а они “Пук!”.и драпать. То есть поведенческая реакция страха перед человеком у медведя эволюционно молодая, неотработанная и поэтому зачастую связанная с избыточным, ненужным для выживания в такой ситуации перевозбуждением нервной системы – отсюда и дисфункция кишечника.

Так человек невольно вывел породу дрищущих медведей, исходным материалом для которой стали особи с изначально (в условиях до появления человека) ненормальной поведенческой реакцией. Возможно, другие виды, также не державшие в поведенческом арсенале нормальной “реакции жертвы”, были истреблены, не имея в своих рядах достаточно неврастеников, чтобы выработать хотя бы патологическую.

Экие мы затейники!

Из этой заметки выросла предыдущая заметка о лицензировании. Выросла совершенно случайно – я, как обычно, ушел с основной темы в область своих любимых тезисов. Может быть, это и к лучшему – потому что эта тема куда более неоднозначна и тяжела для восприятия.

Краем глаза заметил на днях одну интересную заметку, в которой заметил любопытный тезис о том, что в скором времени произойдет сдвиг потребительской парадигмы в сторону чисто виртуальных товаров. Интересным мне в данной заметке показался в первую очередь тезис, будто бы виртуальным потреблением могут заняться в том числе и так называемые элиты. Напрямую все это там не указывается, идет несколько вскользь, и я вполне допускаю, что подобных тезисов там и нет вовсе, а эта идея – просто проекция моего воспаленного разума на прочитанный текст. В этом месте мы отвесим поклон Барту и вернемся к основной теме.

Казалось бы, каждому здравомыслящему человеку должно быть очевидно, что декларируемый уход в виртуальность – это одна из форм социального невроза, в простонародье называемого нищебродством. Казалось бы, но нам не слишком хочется себе признаваться в том, что покупая за жалкие пару баксов клевый шмот в новой онлайн-игре, мы тем самым пытаемся сублимировать собственные комплексы.

Читать статью полностью →

Вот сделали ребята клевую анимацию перелиствания страницы. Все вроде офигенно, красиво, но – я смотрю на нее, и внутреннее чувство прекрасного говорит мне, что нифига не похоже. Ну не похоже и все. А почему – понять не могу.

В отчаянии я взял в руку книгу и перелистнул страницу. И тут на меня снизошло озарение.

Когда я листаю страницу, то берусь за верхний угол листа, а не за нижний. Стоит поменять угол – сразу получается совершенно другой эффект. И я думаю, что я не один такой.

Дьявол таится в деталях.

Есть у меня один знакомый трейдер. То есть на бирже играет. И на днях он порадовал меня фантастическими признаниями, кои я считаю себя обязанным выложить здесь с точностью до купюр.

Речь изначально шла о соционике, которая, как известно, лженаука. Я поделился своими соображениями насчет бессмысленности гороскопов, на что получил ответ.

Это можно привязать даже к социологии, но к определенным аспектам гороскопа уж точно нет. Существуют четкие признаки, которые никакими совпадениями не объяснить.

Я же говорю, что можно верить или нет. Никого не заставляю и не популизирую эту тему. Я для себя свой профит в жизни с этого имею и ладно. < ...>

[Влияют] только планеты солнечной системы. Насчёт отдельного взятого человека я опущу, так как результат можно поставить подсомнение.

Я в качестве доказательства считаю циклическое движение цен. То есть циклы движения планет, которые отображаются на цене.

< ...> знаю трейдеров, которые зарабатывают на рынке за счёт выявления этих циклов большие деньги.

Я тоже против этого, когда чему-то пытаются придать реальный вес. Но когда я вижу доказательства на основе движения цены, то начинаю верить.

Для начала, конечно, стоит разобраться, что здесь к чему, потому что в одну кучу намешены ненаучные предсказания на основе движения планет и вполне известные всем экономистам циклы Кондратьева. Впрочем, справедливости ради хочу заметить, что последнее – не более, чем гипотеза, основанная на наблюдениях и предположениях, которую невозможно подтвердить экспериментально ввиду определенных ограничений, хотя она при этом и является фальсифицируемой по Попперу.

Читать статью полностью →

PageLines