Мартина я брался читать еще тогда, когда у меня появился первый КПК – мне тогда было, кажется, около 18 лет. В ту пору я очень любил фентези, и кидался практически на каждую хорошо написанную книгу. Однако, до леди Урсулы руки так и не дошли, от Желязны меня клонило в сон, зато всякие там Фродо, Дриззты и прочие Рейстлины шли на ура.

Чуть позже, когда мне стала интересна суть того, что происходило со мной за долгие годы моего взросления, я нашел ответ на этот вопрос, почему же одни книги, заявленные в жанре фентези меня привлекали, а другие – не особо, но сначала я напишу то, что уже писал в твиттере. Мартин – это не фентези. Это исторический эпос в фантастическом (даже не фентезийном – фантастическом) окружении. А нашей задачей на сегодня становится поиск ответа на вопрос, что же такое “фентези” и чем оно отличается от остальных жанров.

Так же, как киберпанк – не про корпорации, будущее и хакеров, фентези – не про прошлое, эльфов и магию. Все перечисленное – это стереотипический антураж, положенный Профессором, не более того. Если бы Профессор увлекался, например, славянской мифологией, есть неплохой шанс, что мы бы сейчас получили засилье фентезийных домовых, банников и леших, вместо эльфов, гномов и орков. Эти клише не имеют вообще никакого отношения к жанру, жанр состоит совершенно из других вещей.

Если мы откроем “Фантастику и футурологию” Лема (том первый, том второй), то увидим следующее определение:

Фэнтези – сказка, лишенная оптимизма детерминированной судьбы, повествование, в котором детерминизм судьбы подпорчен стохастикой случайностей. С одной стороны, фэнтези, принципиально отличается от сказки, ибо есть игра с ненулевой суммой, а с другой – абсолютно от сказки не отличима, поскольку антиверистична.

Определение это совершенно чудовищно, потому что дано ученым, а разбираться с ним приходится неучам. Количество толкований этого определения в Сети совершенно чудовищно, и каждое из них разительно отличается от другого. Основная ошибка всех толкователей (которую, кстати, допустил и пан Анджей в своей известной статье “Нет золота в Серых Горах”) заключается в том, что они пытаются растолковать определение в отрыве от того исторического контекста, который существовал в момент зарождения и расцвета жанра.

Обратимся к истории. Расцвет жанра обычно обозначается как 30-50е годы XX века. Наука победоносно шагает по планете, Б-г-часовщик уступил место Б-гу-игроку (скажем спасибо квантовой механике), а потом и вовсе умер (скажем спасибо Ницше), Небесная твердь окончательно растворилась в относительности Эйнштейна,  лишив человека хоть каких-либо надежных ориентиров. Даже единую и неделимую душу Фрейд расчленил на три части, вечно борющиеся между собой. Люди окончательно потеряли маяки, классическая мораль начала шататься под ударами всевозможных нигилистических движений. В такой обстановке человеку необходима была хоть какая-то отдушина, чтобы хотя бы в книгах он мог понять, куда же движется этот мир, кому верить и за что бороться. Именно такой отдушиной и стала фентези.

Одной из самых ярких идей манихейства, как самой мощной ветви гностицизма, является идея о борьбе Добра и Зла как абсолютных категорий. Манихейство – синкретичекое учение, а сама идея имеет корни глубоко в Зороастризме (кстати, ницшеанский Заратустра – это именно он, тот самый). Сама по себе идея о том, что все в мире разбивается на две противоположные категории же гораздо древнее любой религии (вы можете сами поискать в гугле насчет принципа бинарных оппозиций и его роли в формировании религиозных воззрений) и сама по себе является архетипической, естественной и свойственной каждому человеку. Даже сейчас вы можете заметить, как люди вокруг вас пытаются оценить все с позиции “хорошо-плохо”, находить в вещах плюсы и минусы – это один из отголосков данного принципа.

Фентези доводит этот принцип до абсолюта, давая человеку твердую опору для выработки абсолютной моральной позиции. Оно выводит на арену абсолютное Добро, которому противостоит абсолютное же Зло, причем не важно, является ли Зло независимой силой или privato boni (за пониманием данного термина отсылаю вас к работе Ле Гоффа – Рождение Чистилища), как у того же Профессора. Последний, впрочем, он был глубоко религиозным человеком, воспитанным в христианской традиции и просто не мог создавать манихейское Зло.

Именно выход на сцену абсолютных Добра и Зла в век релятивизма и было одним из причин успеха фентези. Фентези подарила миру суровых паладинов – защитников веры, поборников справедливости и служителей добра, рыцарей без страха и упрека.

Однако, фентези, как любая литература своего времени, не могла обойти стороной те идеи, которые царствовали в эпоху. Квантовая механика отозвалась в книгах тем самым недетерминизмом, то есть отсутствием предопределенности. В то время, как в сказке (от которой фентези получила один из своих основных отличительных черт – квестовость) мы точно знаем, что даже если героя съест морской змей, он все равно останется жив и добудет молодильные яблоки, то в фентези такой поворот событий может стать для героя куда как более печален. Б-г бросил часовой механизм и начал играть в кости. Глаза змеи – и твои внутренности растворяются в кислоте. Добро пожаловать в ад, здесь тебя уже ждут.

Фентези – это сказка, в которой у героев может ничего не получиться.

Антиверистичность фентези заключается в отстутствии научных или псевдонаучных объяснений происходящим процессам. Даже в цикле Олди под названием “Фентези” (в котором, кстати, идеально прослеживается и недетерменизм, и биполярность, и квестовость), где магия – это наука, заклинания высчитываются по формулам, маги ходят на лекции, где зубрят законы (на дисциплинах вроде “теормага” и “сопромага” – аллюзии на “теормех” и “сопромат”), магия все равно просто есть. Она как-то появилась, как-то существует, но это именно “как-то”. Никто не пытается дать объяснение тому, что все равно объяснить нельзя. Никто же не спрашивает, откуда в саду взялись молодильные яблоки – они просто есть. Вот и никто пусть не спрашивает, как же гарпия научилась по снам летать – так было всегда.

В дальнейшем, развитие жанра привело к тому, что один из основных элементов – биполярность – начал растворяться. Но об этом как-нибудь в другой раз.

Share →

Leave a Reply

Войти с помощью: 

Your email address will not be published. Required fields are marked *

PageLines